Красота требует
Руководитель салона красоты «Парикмахерская № 1» Марина Ксенафонтова о магии бьюти-индустрии, высокой планке к себе и персоналу и святом отношении к клиенту
Контролировать и организовывать процесс сложнее, чем «стоять у станка». Экономическое образование в этом помогает, но от подсчета цифр я как творческая личность угасаю, поэтому мои руки всегда тянутся к головам, чтобы кайфануть
Помимо запахов и завораживающей атмосферы салонов красоты, мне с детства нравился момент преображения женщин. В 12 лет на летних каникулах я подрабатывала уборщицей в парикмахерской, расположенной рядом с домом. В нее заходили серые мышки, а выходили царицы-партийные работницы. Раньше не было кабинетного индивидуального подхода, всех сажали на стульчики и километрами стирали и рисовали брови. Совершенно другой мир, к которому однозначно хотелось примкнуть.

В 90‑х все были причесаны под одну гребенку. Из модных журналов – только Burda. Из средств для фиксации прически – только лак «Прелесть»: дефицит и дорогое удовольствие, и сахарная вода, крепко цементировавшая челки.

Первый эксперимент с волосами случился в школьные годы.
По своей природе я блондинка и вот однажды выкрасилась в черный цвет. Был жуткий скандал с родителями. Мне пришлось пойти в парикмахерскую, чтобы как-то исправить ситуацию. Но вместо того, чтобы вернуть мой родной цвет, я коротко подстриглась и выбрила виски, как у солистки группы Roxette. Это был еще больший шок и момент становления личности.

Более 10 лет я работала парикмахером, потом всецело взялась за управление салоном. Контролировать и организовывать процесс сложнее, чем «стоять у станка». Экономическое образование в этом помогает, но от подсчета цифр я как творческая личность угасаю, поэтому мои руки всегда тянутся к головам, чтобы кайфануть, не растерять навык и протестировать новинки бьюти-индустрии. Только после положительной реакции моих постоянных клиентов и проверки на себе новая техника окрашивания приходит в салон. Главное, не снижать планку и себестоимость.

Никогда не позволю безответственности и фамильярности между мастером и клиентом. Вы как угодно можете общаться за пределами салона, но на работе общение должно быть максимально корректным. Что касается опозданий и каких-то «недоделов» – если ты не уверен в том, что ты делаешь, лучше не берись. У меня в салоне есть прописанный кодекс, которому следуют все члены команды, и я в том числе.
Когда я коротко подстриглась и выбрила виски, как у солистки группы Roxette, – это был момент становления личности
Никогда не позволю безответственности и фамильярности между мастером и клиентом. Вы как угодно можете общаться за пределами салона, но на работе общение должно быть максимально корректным
Мой клиент – это святое. Человек пришел ко мне за помощью. Важно это доверие не растерять, особенно если это первая встреча – значит, его что-то не устроило в предыдущем салоне или мастере. Мой метод: я спрошу, что не нравится сейчас, а не что он хочет. Учитывая бэкграунд прически и цветотип клиента, строю план действий. А его заявка «Хочу, как у Варнавы» может означать провал миссии. При этом мы нацелены на требовательных клиентов. Если человек платит деньги, он должен знать, за что. За 10 лет работы нашего салона выросло стремление к комфорту. Обоюдный перфекционизм дает стимул к развитию.

Люди, которые сформировали мою команду, – это администраторы, они моя правая рука, косметологи работают со мной с самого начала, с парикмахерами сложнее. Как только мы – творческие личности – доходим до определенного уровня, если хватает внутренних сил, начинаем развиваться дальше, отделяясь от «семьи». Сложно прыгнуть выше головы. Но я очень рада, что двое из моих бывших сотрудников открыли свои салоны. Мне это льстит: значит, я замотивировала их на профессиональный рост. Косметологам же проще развиваться в пределах выбранного салона, тем более в «Парикмахерской № 1» клондайк всевозможных препаратов, мы являемся дилерами немецких брендов CNC и Biodroga, так что нет смысла менять локацию.
Ангелина Анишина
Фотография Натальи Титовой